До того, как мы научились произносить «ниацинамид» и узнали, что PDRN — не название еще одной поп-группы, бьюти-рутина была куда понятнее. Причем за очередным средством иногда даже не нужно было идти в магазин: достаточно было открыть холодильник. На глаза — огурцы, лицо протираем кубиком льда, а если подгорели на солнце — в ход идет баночка сметаны.
Домашние рецепты передавались из поколения в поколение от мам и бабушек, печатались в модных журналах, а кино только закрепляло весь этот образ. Девушка в халате с полотенцем на голове, маской на лице и двумя кружочками огурца на глазах стала практически универсальным символом ухода за собой.
К подростковому возрасту появилась собственная косметика и началась эпоха «если щиплет, значит, работает». Жирный блеск — заматировать, прыщик — срочно подсушить, а если после умывания кожу стянуло так, что стало сложно улыбаться, значит, средство отлично работает. В ход шли умывалка от «Пропеллера», болтушка на проблемные участки и тон, который только подчеркивал все то, что мы так старательно пытались скрыть.
А потом одного увлажняющего крема и вовсе стало недостаточно. Мы открыли для себя корейский уход и каким-то образом умудрились уместить между умыванием и сном использование еще половины косметического магазина: тонер, сыворотку, мист, эссенцию и гидрогелевую маску.
Вместе с этим менялся и наш идеал кожи. Если раньше задачкой со звездочкой было избавиться от любого жирного блеска, то теперь мы захотели сиять. Glass skin, «влажное сияние», «glazed donut skin» — в нашем словаре появлялось все больше терминов, которые недавно мы совершенно не знали.
А следом мы начали разбираться и в составах. Теперь надписей «от прыщей» или «для проблемной кожи» стало недостаточно — нам подавай ниацинамид, салициловую кислоту, ретинол, церамиды и пептиды. И желательно еще знать концентрацию, что с чем сочетать, что наносить утром, что вечером и после чего обязательно использовать SPF.